Колонка
Roll(y) #2
Господи,
какая прелесть! Какие чудные невинные глазки!
Чистые, как море и прозрачные, как воздух ранней
осенью. Какие ручки! Маленькие, нежные. Мммм,
чудо! Маленькое чудо!
- Конечно, Татьяна Сергеевна, не волнуйтесь, я
буду за ней присматривать. Как зовут, говорите?
Ах да, Анечка. Анечка, ты чудо! Да-да, маленькое
невинное чудо! Все у нас будет хорошо. До свидания,
Татьяна Сергеевна!
Я
всегда любил помогать хорошим знакомым, особенно,
если за это платят. Хотя… даже если в глубине
души и не любил, то получить поощрение, составляющее
примерно 30% месячного дохода за один день, -
это в любом случае круто.
А
пока мой мозг в автоматическом режиме прикидывал,
сколько дней можно будет пить на выручку, тяжелая
металлическая дверь звонко хлопнула, и я остался
в большой просторной квартире наедине с маленьким
ребенком. Класс! Похоже, в кои-то веки выходной
выдался действительно легким и приятным – можно
расслабиться. Или даже и отметить это дело. Где
у них тут спиртное храниться?..
Бар,
умело замаскированный под кухонный шкафчик, радовал
глаз множеством разноцветных бутылок со столь
же разноцветными жидкостями. Причем большую часть
этого ассортимента я видел первый раз в жизни.
Очень не кстати вспомнилась чья-то фраза "Не
уверен – не пей". Бля! Интересно, какой из
этих бутылок можно доверять? Опа! Знакомая пробка.
Sauza Gold? Прекрасный напиток, для прекрасного
меня в этот прекрасный вечер.
-
Анечка, иди пока посмотри телевизор!
Она
ушла, а я принялся нарезать лимон, предвкушая
непринужденный вечерний расслабон, когда можно
ни о чем не думать, а лежать, потягивать текилу,
курить и смотреть отупляющие реалити-шоу. Но я
ошибался. Как же непростительно я ошибался, черт
возьми!
-
Я хасю пи-пи! – вдруг послышалось сквозь звуки
MTV?
- Чего ты хочешь? – отозвался я, вернувшись с
кухни. - Пить? Да, конечно! На, попей сока!
- Пи-пи!
- Ну, вот тебе пи-пи. Пей пипи!
Похоже,
не угадал! Девочка мотает головой и уже со злобой,
едва ли не в крике, повторяет:
-
Пи-пи! Пи-пи!
В
туалет что ли? Да, она хочет в туалет. Господи,
ну конечно! Как же все просто…
-
Сейчас пойдем пи-пи! Нет, мы не пойдем, мы полетим
пи-пи.
"Самый
простой способ расположить к себе любого ребенка
– это покатать его на руках". Это я помнил
еще с тех времен, когда сам мог уместиться под
столом в полный рост. Ловким движением я подхватил
девочку на руки и понес к туалету, приговаривая
"Бжжжжжжж! Мы летим пи-пи".
-
Все, мы прилетели! Иди пи-пи, а я пока пойду покурю.
Малышка
стала рядом с унитазом, заулыбалась во все 7 с
половиной зубов. А меня охватило такое чувство
облегчения, словно я сам только что вышел из толчка.
Я вышел на балкон и чиркнул зажигалкой. Воздух
был прохладным и чистым. Понятно теперь, почему
люди с достатком предпочитают всякие загородные
райончики, центру города. Вид с балкона открывался
чудеснейший. Скромных размеров дворик, в окружении
аккуратно подстриженных кустарников. На качелях
сидела изящно одетая девочка лет пятнадцати с
книгой в руках, а вокруг нее бегал пудель в розовом
комбинезоне. Весна, ты прекрасна даже вечером!..
Докурив,
я вдруг словил себя на мысли, что за возможность
лицезреть такой вид из окна своей квартиры хотя
бы пять раз в году, я бы без колебаний расстался
бы с мизинцем левой руки и крупной суммой денег.
Наличными. Но на самом деле, правды в этой мысли
было мало.
Подойдя
к туалету, я вежливо постучал.
-
Все, закончила?
В
ответ молчание.
-
Эй, солнышко? Сделала пи-пи?
Снова
тишина. Надо открывать, наверное.
-
Еб твою мать! И что это?.. – вырвалось у меня.
Девочка
молчала, стоя посреди большой желтой лужи.
-
И что мне с тобой делать? Вон унитаз, вон твой
горшок! Неужели не видно?..
Снова
молчит.
И
вот где-то на этом самом моменте я окончательно
понял, что приятного в сегодняшнем вечере будет
мало. Но делать нечего. Надо взять себя в руки,
отвести девочку в ванную, раздеть, облить ее маленькую
задницу горячим душем и снова одеть. Она смеялась,
а я вспоминал, что когда-то в детстве тоже любил,
когда меня мыли, и изо всех сил старался выбросить
из головы мысли по поводу "забить и свалить".
-
Ладно, моя хорошая, пойдем кушать! Мама просила
покормить тебя ровно в восемь.
Я
посадил ее в специальный стульчик и даже пристегнул
специальным ремешком. Мало ли, чего можно ожидать.
Разогрел овсяную кашу и поставил на стол полную
тарелку.
-
Ты уже умеешь сама кушать или тебя покормить?
- Пакамить.
- Ладно, на! Кушай.
И
– о чудо! – она ела безо всяких препираний. Просто
ела и смотрела куда-то вниз. Но счастье длилось
не долго. Уже на третьей ложке девочка замотала
головой.
-
Ну-ну-ну! Давай-давай! Ложечку за маму…
- Нихасю!
- Кушай! Ложечку за Ролли, за Люка Скайуокера,
за Пола МакКартни, за Джима Моррисона, за Тимоти
Лири.
- Ни. Ха. Сю!
Наелась
что ли? С двух ложек? Наверное, я ошибался, полагая,
что дети едят много.
-
Точно не хочешь? Ну тогда я сам съем. Я сегодня
весь день не ел.
И
съел. Представляете? Съел полную тарелку овсяной
каши, которую уже лет 10 как ненавижу лютой ненавистью.
Девочка молча наблюдала и, похоже, решила окончательно
добить меня запрещенными приемами. Она заплакала.
Так громко и грустно, что я даже собирался посочувствовать.
Но не успел. Потому что этот плач через секунду
перешел в истеричный крик. Невыносимый крик! "Тсссс!"
не помогало. А после слов "Ну ладно, ладно.
Я сейчас тебя йогуртом покормлю" она стала
орать еще громче…
Я
выбежал на балкон, в надежде переждать эту шумовую
атаку на свежем воздухе. Но малышка вопила так,
что, казалось, этот крик услышит вся округа. И
тогда мне точно пиздец. Ни денег, ни "спасибо"
я не получу. Нужно было срочно что-то придумать.
Плохой из меня воспитатель, но надо что-то придумать.
Думай, думай, думай…
Нужно
уложить ее спать! Точно! Снотворное! Да!
Я
моментально отыскал аптечку, достал большую банку
с яркими разноцветными таблетками снотворного,
отломал половинку и закинул малышке в открытый
рот. Попал! Она даже на секунду замолчала. А может
мне просто показалось. Сейчас я очень хотел, чтобы
из этой банки вылетел джин и спросил "Ты
хочешь, чтобы все это закончилось? Будет исполнено!".
Но в сказки я не верю. Поэтому я проглотил тройную
порцию, отнес девочку на диван, посадил напротив
телевизора и сам сел рядом. Вернее прилег – снотворное
подействовало на меня почти моментально.
Глаза
открылись одновременно с громким хлопком сходной
двери. Из прихожей послышалось знакомое шуршание
и тихий голос, напевающий что-то очень мелодичное,
но с трудом узнаваемое.
Я
встал с дивана, посмотрел на лежащую рядом малышку.
Снотворное все еще действовало. Стало быть, успею
свалить, прежде чем она успеет на языке жестов
рассказать маме, какая же все-таки сволочь этот
"Ролли".
Натянув
джинсы, я вышел в прихожую и замер в ступоре.
Вместо заботливой и доброй Татьяны Сергеевны в
коридоре толпилось несколько людей в масках. Все
они были разного роста, но по их движениям было
отчетливо видно, что это дети. Страшные. Но дети.
Процесс
визуального знакомства занял секунды две. А может
и того меньше. Впереди стоял самый низкорослый.
Глаза правильной круглой формы смотрели куда-то
вверх, а на веках ярко зияла надпись Carl Zeiss.
Двое других были чуть выше, но гораздо стройнее.
Их глаза уже гораздо больше походили на глаза,
и никаких надписей на них не было. Зато в руках
они держали плазменные присоски, переливающиеся
в свете коридорной люстры и всеми цветами ра…
-
Ээээээй! – омерзительно писклявым голосом заорал
мелкий.
Я
испугался и сделал шаг назад, сильно ударившись
обо что-то головой. Перед глазами повисла неестественная,
угнетающая белизна. А я и не знал, что "светлое"
может быть еще и "страшным".
-
Что это? Я умер? А как же покадровые флэшбэки?
Страх? Жизнь после смерти – это всего-навсего
белое нечто? И все? А как же рай, ад? Эй! Кто-нибудь!..
Никто
не отзывался.
А
белизна продолжала давить на глаза, не давая даже
зажмуриться. Но неожиданно моя правая рука что-то
почувствовала, а белизна показала маленькие непонятные
шероховатости и трещинки.
-
Это… это потолок. Черт возьми! Ну, пиздец, приснится
же!.. Точно никто не поверит. Впрочем, не важно.
Похоже, что все в порядке и я у себя дома.
Встать
было нелегко, но я мужественно добрался до холодильника,
достал пакет сока и наполнил большой бокал, подаренный
на безымянном корпоративном празднике. Пустая
упаковка грохнулась на пол, а я упал в кресло
и собрался сделать большой вкусный глоток. Но
красно-оранжевая жидкость замерла в бокале и совершенно
не хотела стекать в пересохшую глотку.
-
Блять, а вот это уже не смешно! Что за хуйня?..
Сок
был неподвижен. Совершенно неподвижен. Выпить
его не помогла ни ложка, ни трубочка. Определенно
в этом мире, случилось что-то страшное, о чем
я и подозревать не мог…
Не
зная, что делать, я прислонился к стене и осел,
положив голову на колени.
-
Ээээээй – снова донеслось откуда-то. Но на сей
раз голос звучал гораздо нежнее приятнее.
Я
не обращал внимания. Странные сны всегда имеют
привычку всплывать в памяти, особенно когда не
удается как следует проснуться.
-
Вставаа-а-а-а-ай! – произнес тот же голос с прежней
нежностью.
И
вдруг перед глазами появилось женское лицо, напоминавшее
маленькую Анечку. Изрядно повзрослевшую, но это
точно была она. Определенно. Те же глаза. Те же
черты лица. С возрастом изменившиеся, но по-прежнему
узнаваемые…
-
Проснулся, - вопросила девушка?
Я
молчал. Вернее я не знал, что сказать. Еще секунду
назад, я сидел у стены на кухне. А сейчас я лежу
на кровати, укутанный в синтепоновое одеяло.
Девушка
пристально смотрела в глаза, от чего мне становилось
как-то не по себе. А потом она протянула руку
и сильно ущипнула его за щеку.
-
Ты че делаешь?.. – вырвалось из моего пересохшего
рта.
- О! Проснулся, наконец. Доброе утро!
Я
снова не знал, что сказать.
-
Ты кто вообще? – спросил я на всякий случай. И
вместо ответа услышал в ответ глуповатый женский
смех.
-
Пошли кушать. Я тебе блинчиков приготовила.
Захватив
сигареты, я вышел на кухню, закурил и уставился
в окно.
-
Ты хорошо себя чувствуешь? Я тебе полчаса будила.
Трясла так, что ударила головой об подлокотник.
Голова не болит?
Ясность
происходящего приходила постепенно, но быстро.
-
Бля-я-я-я-яяяяяя! Это мы уже второй день у меня
торчим, да?
- Ага. Садись кушай!
- Да не хочу я. А что мы делали?
- Сначала занимались… мммм…
- Сексом?..
- Хи-хи-хи! Мммммм, дааааааа.
- Вот как? – вопросил я, протирая слипающиеся
глаза.
- А потом ты угостил меня какой-то таблеткой,
от которой меня весь вечер плющило…
- А дальше?
- А дальше мы спали как убитые. Я встала в десять.
А тебя удалось разбудить только в два.
После
этих слов, мне достать еще одну сигарету, и щелкнуть
зажигалкой.
-
Кажется, помню. Ты Аня, да? А я Ролли и все у
нас было классно, да?
- Ага, мне понравилось.
В
воздухе повисла тишина.
-
Слушай…
- Да? – спросила гостья, внимательно заглядывая
мне в глаза.
- А я в презервативе был?
- Конечно! И сам на этом настаивал? А почему ты
спрашиваешь?..
- Слава богу! – выдавил из себя Ролли. Я ненавижу
детей!..
Говорить
что-либо сверх того было не за чем.
*
* *
Какова
мораль? Да нет здесь никакой морали. Все что я
хотел вот этим вот сказать, легко можно было бы
выразить в двух словах. Контрацепция – это хорошо,
а наркотики – это плохо. А дети, наверное, здесь
совершенно не причем.
Целую!
Ролли. |
